бизнес журнал

Есть только МиГ

Есть только МиГ

Выпущенная в прошлом году американская трехтомная энциклопедия мирового дизайна включает в себя 999 предметов, явившихся эталоном конструкторских решений. Среди них только два наших бренда, признанных во всем мире: фотоаппарат «ЛОМО-компакт» и самолеты МиГ.

Мечта конструктора

Анушаван Микоян (переехав в Москву, он возьмет имя Артем) родился в армянском горном селе Санаин в 1905 году. Когда ему было двенадцать, все местные мальчишки побежали смотреть на совершивший вынужденную посадку аэроплан. Спустя много лет он скажет: «С этого момента я решил, что надо летать! На вопросы “что главное в работе авиационного конструктора? что составляет основу творчества создателя самолетов?” я отвечаю: “Умение мечтать!”».

После окончания военно-воздушной академии Артема Микояна распредели в конструкторское бюро Поликарпова, которого называли «королем истребителей». Поскольку война в Испании показала преимущество немецкой воздушной техники, в 1939 году выделили группу конструкторов, которым предстояло создать новый советский истребитель. Ее возглавили Артем Микоян и Михаил Гуревич. 

mig9-1-1.gif

Лед и пламень

Конструкторы дополняли друг друга: Микоян – эмоциональный, темпераментный, энергичный, общительный, Гуревич – на тринадцать лет старше, спокойный, осторожный, замкнутый. «Если бы Михаил Иосифович был скульптором, – говорил летчик-испытатель Седов, – то, подойдя к глыбе мрамора, он размышлял бы долго и неторопливо. Дай ему волю, он сопоставлял бы, наверное, разные варианты без конца – в отличие от Артема Ивановича, принимавшего решения точно и быстро». Летчик-испытатель Марк Галлай вспоминал: «Микоян был сильнее как организатор, руководитель, а Гуревич, типичный чеховский интеллигент, для этого годился не очень».

Мягкий отказ

Ситуация, когда высокую должность занимал человек без партбилета, была в СССР редкостью. Влиятельные люди советовали Гуревичу вступить в партию, и Микоян просил, но Михаил Иосифович всегда мягко отказывал. В архивах сохранилась докладная, в которой начальник отдела кадров так характеризует конструктора: «Проявляет некоторую мягкотелость к подчиненным». Микоян часто защищал старшего друга, особенно – в конце сороковых, во время кампании против «безродных космополитов». 

gur2.jpg

Когда Гуревич решил выйти на пенсию, Микоян удивился: «Зачем?». «Пора! – ответил Михаил Иосифович. – Я уже начал делать ошибки, за которые наказывают других». Во время банкета Микоян поднял бокал: «И хотя Михаил Иосифович уходит на заслуженный отдых, наши самолеты назывались, и будут называться МиГ!».

Скорость плюс высота

Воздушные бои будут проходить в стратосфере – от этого тезиса отталкивались при разработке концепции нового истребителя. На приеме у Сталина в присутствии Молотова и Ворошилова Микоян и Гуревич провозгласили легендарную формулу – «скорость плюс высота». Она руководителям понравилась.

Первый самолет МиГ-1 собрали за 97 дней, уже на конвейере после доработки он превратился в МиГ-3, который летчик Покрышкин сравнил «со строгим горячим скакуном», который «под умелым всадником мчится стрелой», но всегда готов сбросить наездника, выпустившего из рук вожжи. В МиГе все соответствовало главному назначению истребителя – атаке.

Большая часть первых МиГов погибла в начале войны – их разбомбили «юнкерсы» прямо на западных аэродромах. Теоретики боев в стратосфере немного поторопились: немецкие асы воевали на высоте около трех километров, а МиГ-3 создавался как высотный истребитель. Телеграмма Сталина сняла их с производства. Время реактивных истребителей еще не пришло. 

31.jpg

Нервная работа

В 1945 году, перед началом летных испытаний, Микоян сказал летчику Дееву: «Достигнешь восьмисот километров в час, мой автомобиль – твой автомобиль!». Личные авто были редкостью, а у Артема Ивановича имелся трофейный автомобиль, в котором он души не чаял. Когда испытатель превысил нужную скорость, конструктор вручил ему ключи. А спустя всего месяц произошла катастрофа... 

Когда из Германии пришли трофейные двигатели, в воздух поднялся МиГ-9 – первый советский реактивный истребитель. Вскоре он разбился во время показательных полетов. В авиации есть жесткое выражение: «Каждая катастрофа повышает безопасность», однако Микоян тяжело переживал гибель летчиков. В 1968 году на МиГ-15 разбился Юрий Гагарин. А вскоре после гибели на МиГ-25 генерала Кадомцева в 1970 году у Артема Ивановича остановилось сердце.

Первый инфаркт у Микояна случился в 42. По личному распоряжению Сталина нужно было изготовить десять самолетов к параду Седьмого ноября. За месяц. На заводе был аврал. Работа шла в три смены. Почти каждый день – звонил сам. К празднику все машины были готовы. Конструктор на три дня взял отпуск и уехал с семьей в Крым. Прилетев, отправился к морю и упал. «Молодой» инфаркт.

Уже через два месяца Микоян вернулся на работу. На одном из приемов Сталин спросил братьев Микоянов: «Кто из вас старше?». Анастас ответил, что он – на десять лет. «А почему тогда он седой?» – спросил вождь, указывая на Артема. «Работа нервная», – ответил конструктор.

mig17picdetail.jpg

Не понял? Спроси!

Сотрудники говорили: «Не раз приходилось слышать от работников других КБ: “Вам хорошо, у вас Микоян!”». Нет, Артем Иванович никогда не использовал положения старшего брата, никогда не злоупотреблял своей фамилией.

Главное достоинство руководителя – способность создать рабочую обстановку в команде. Двери микояновского кабинета всегда были открыты. Своих сотрудников он ценил, но был самолюбив, подчас горяч и крут, хотя сердился не столько за ошибки, сколько за нежелание их исправлять. Очень раздражался, сталкиваясь с симуляцией понимания. Не понял? Спроси! Но никогда не изображай всезнайку, если тебе что-то непонятно. В таких случаях Микоян не знал жалости. И еще не прощал – обманов. Доверял людям широко, но не терпел тех, кто хоть однажды, пусть и по пустяковому поводу, схитрил, слукавил. «Однажды, – вспоминает секретарша КБ, – я вошла в кабинет, когда Артем Иванович жестко отчитывал одного товарища. После того как тот ушел, я не удержалась:
– Артем Иванович, ну что же вы так... Он ведь очень старается...
– А я ругаю только тех, с кого действительно могу спросить, кто по-настоящему работает. А тех, от кого нечего ждать, зачем же ругать? Все равно от них толку нет...».

миг29 fg3vxeg83ub8uc.jpg

Выигрыш в бильярд

В 1946 году Артема Микояна послали в Англию – для МиГов требовались английские двигатели фирмы «Роллс-ройс». Когда Сталину показали план этой командировки, то услышали в ответ: «Какой же дурак станет продавать свои секреты!». Но англичане согласились на переговоры. Советскую делегацию встретил президент компании Генри Ройс. Переговоры шли вроде бы успешно, но сам контракт почему-то все не подписывали…

Артем Микоян принял приглашение Ройса посетить его дом, надеясь в неформальной обстановке убедить англичанина заключить сделку. Хозяин предложил сыграть в бильярд, а в эту игру советский конструктор играл отлично. Артем Иванович предложил: «Если я выигрываю – вы подписываете контракт!». Может, не только та победа решила вопрос, но шестьдесят двигателей делегация в Москву привезла.

В 1950 году, уже после того как английские двигатели поставили на МиГ-15, начались боевые действия в Корее. По резолюции Совета Безопасности ООН в разрешение конфликта вступили ВВС США. И столкнулись американцы именно с советскими самолетами, которые тут же окрестили «корейским сюрпризом».

Разрезая воздух

О МиГ-15 писали, будто бы его лучшие части придумали немцы: мол, русский МиГ-15 – это реализованный проект, разработанный еще главным конструктором фирмы «Фоке Вульф» Куртом Танком. Референты переводили Микояну эти статьи, но он только усмехался. Действительно, некоторые идеи – стреловидное крыло и катапультное кресло – были разработаны раньше, но применили-то их именно в МиГе. 

Кстати, чтобы обосновать необходимость стреловидных крыльев, Микоян подобрал оригинальный пример. Проведя рукой сверху вниз сначала по вертикали, затем с наклоном, он спросил: «Как легче хлеб резать?». Услышав естественный ответ, добавил: «Вот поставим стреловидное крыло и будем резать с наклоном, только не хлеб, а воздух!».

mpm_mig-9_1.jpg

Шпионские страсти

Шестого сентября 1976 года старший лейтенант Виктор Беленко, взлетев с одного из дальневосточных аэродромов, «перегнал» МиГ-25 в Японию. Сверхвысотный сверхскоростной секретный истребитель-перехватчик МиГ-25 оказался, как тогда писали, у «потенциального противника». СССР потребовал выдать летчика и вернуть машину. Под предлогом расследования факта «незаконного пересечения границы» самолет задержали в качестве вещественного доказательства.

Беленко попросил политического убежища в США, а МиГ через месяц вернули, но за это время западные специалисты успели досконально его изучить. Они признали, что МиГ-25 – наиболее совершенный истребитель-перехватчик в мире. Советские представители выставили японцам счет в 7,7 миллиона рублей за ущерб от «расследования». Но потери оказались гораздо более серьезными: пришлось менять электронное оборудование на всех МиГах, а систему «свой-чужой» – на всех самолетах ВВС.

Зато теперь можно было снять с МиГ-25П экспортные ограничения. Тут же двадцать самолетов закупил Ирак, следом тридцать – Сирия, потом Алжир. Изучив угнанную машину, западные специалисты сделали ей хорошую рекламу. 

Текст Олег Горелов
Материал опубликован в журнале Chief Time#23, февраль 2013 года


Livejournal
(Голосов: 1, Рейтинг: 3.3)


Комментарии:

Здравствуйте! Вас интересуют клиентские базы данных? Ответ на Email: prodawez@mail.de

Здравствуйте! Вас интересуют клиентские базы данных? Ответ на Email: prodawez@mail.de


Ваше имя: 

Введите Ваше сообщение

Защита от автоматических сообщений:
Символы на картинке: 
Защита от автоматических сообщений







Журнал Chief Time для iOS Журнал Chief Time для Android

 

ht
отзывы о журнале
x
отзывы о журнале
Наша история о себе, о том, как мы создавали компанию в рубрике «Гость номера» оказала заметное влияние на доверие к компании в целом. Партнеры и соискатели узнали о нас больше, многие заочно познакомились с нами благодаря подписке на журнал. Интервью понравилось и нашим клиентам – отношения стали более доверительными...

Александр Гарашкин, генеральный директор компании «Фонд Квартир»