бизнес журнал

Александр Шестаков

Александр Шестаков

Александр Шестаков родился в 1963 году в Ленинграде. С 1993 года – генеральный директор Первой мебельной фабрики. Фабрика создана в 1945 году, и сегодня является ведущим предприятием мебельной отрасли Северо-Запада и России в целом. В 1996 году Шестаков был избран президентом добровольного некоммерческого партнерства «Гильдия мебельщиков Северо-Запада», в 2002 году – президентом Союза предприятий и работников мебельной и деревообрабатывающей промышленности Северо-Запада России, в 2013 году – президентом Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей отрасли России.

Главное – внутреннее чутье

Александр Шестаков, генеральный директор одной из крупнейших мебельных фабрик и президент ассоциации мебельных предприятий России – о минусах полного отсутствия конкуренции в прошлом и о необходимости государственного контроля в будущем.

Когда на мебельном рынке появилась конкуренция? В советское время – она была?

Не было тогда никакой конкуренции. Был дефицит, а конкуренции не было. Я работал в объединении «Уют», мы делали мебель более высокого качества, чем все остальные. Но мы еe не продавали, просто приходил обком партии или Снаб – и еe распределяли. Мебели не было вообще, поэтому любая мебель была хороша. Та мебель, которая была чуть лучше другой, вообще считалась шедевром. Так что наша мебельная промышленность сформировалась в условиях полного отсутствия конкуренции. Что еe колоссально расслабило.

1mebfab-077.jpg

Значит, конкуренция появилась в начале девяностых?

Нет, нет, гораздо позже. Еe не было года до 2008-го примерно. То есть, игроков появилось много, но рынок был слишком емкий. Людям хотелось обновить мебель, и рынка хватало на всех. Поэтому продолжались расслабленные настроения. Тех, кто в то время имел внутреннее чутье и начал строить заводы, работать на будущее, – таких были единицы. 

Это правильно, что так случилось?

Правильно. Выживает тот, кто применяет новые технологии, изобретает, ускоряется. Все начинают шевелиться быстрее, и кто бы ни выиграл – потребитель выигрывает всегда. Потому что остаются лучшие. Хотя, конечно, конкуренция разная бывает, случается и непорядочная: пошел и подорвал завод соседей...

1mebfab-111.jpg

Конкурентная борьба за последние десять лет стала эффективнее? 

Цивилизованней – да. Более открытой – да. Государство обратило внимание на рейдерские истории, и теперь этих факторов меньше. Антимонопольные комитеты работают, законы по госзакупкам… Теперь мы живем в среде с одинаковыми правами. А вот эффективнее ли... Одинаковые права – это тоже палка о двух концах, есть и минусы.

А какие тут могут быть минусы?

Да просто в госзакупках участвуют предприятия, не производящие товары на территории Российской Федерации. Это гигантский минус. Вот в Германии, если конкурс на школу, в нем участвуют в первую очередь те, кто работает на этой земле, чтобы сохранить рабочие места, обеспечить налоги. А в России иностранцы мебельных заводов почти не строят. Почему? Потому что незачем. Можно же участвовать в госзаказах, в наших госзакупках, производя мебель в Италии. Ну, у нас государство пытается найти другой выход из положения: в госзакупках может участвовать любой малый бизнес. Но это же неправильный выход! Приходят предприятия-однодневки, у которых десять тысяч уставного капитала, и налоги не платят. Они в корне коверкают весь рынок государственных закупок. 

1mebfab-103.jpg

Но это ведь будет уже не совсем конкуренция, если государство пытается как-то что-то регулировать?

Так у государства, кроме конкуренции, и свои задачи есть: налоги, развитие промышленности, создание рабочих мест. А они об этом не думают совсем. В зоне госзакупок вообще колоссальных усилий стоит хоть что-то выиграть. Я на город не работаю вообще, Санкт-Петербургу не поставляю ничего: ни в школы, никуда. Федеральные заказы еще выполняю, большие – в Мариинский театр, в Эрмитаж. Там федеральный уровень, там это как-то решается. А здесь нет никакой политики, все загублено начисто. Школы – это же госзакупки, это наши с вами налоги. Почему мы должны платить их итальянским компаниям, которые приходят, не платят никаких налогов, поставляют мебель не ту, что в контракте описана, а похожую? И любой хлам, какой бы ни привезли, надо забрать, не то деньги в конце года уйдут в бюджет. Это называется конкуренция? Это жульничество просто. Нет, в области государственных контрактов и закупок конкуренцией нужно обязательно управлять. Весь мир это делает.

Но если итальянец поставляет мебель в Россию, не открывая здесь рабочих мест, это честная конкуренция?

Если он просто поставляет на рынок розничной торговли – да ради бога.

1mebfab-112.jpg

А если вступает в борьбу с вами за крупные заказы?

Тогда позиция государства должна быть другая. Смотрите, вот Италия. Мебельная промышленность там № 1 в мире. В России она не развивалась никогда. И вот мы вступили в ВТО. Конкурентоспособных мебельных фабрик у нас нет. Западные компании пролоббировали некорректную конкуренцию. В контроле при пересечении госграницы есть весовая составляющая: кубический метр мебели в такой-то группе должен стоить не менее чем столько-то евро за килограмм. И вот сегодня эта планка упала в три раза. Так наше государство защищает собственных производителей.

Конкуренция, безусловно, двигает прогресс, но... Кому выгодно делать альтернативные виды топлива, пока есть нефть? Пробить новый источник альтернативной энергии на рынке будет сложно. То же самое с лекарствами. Я не верю во все эти птичьи гриппы – это искусственно рожденные вирусы, которые запускают, чтобы продавать. Это конкуренция недобросовестная. 

А как устроить честную, если люди все время стремятся что-то недобросовестное придумать?

Ну, во многих отраслях конкуренция вполне честная. Был такой телефон, стал другой, люди изобрели вещь, которая всем оказалась удобной, и все бросились ее покупать. Лакмусовая бумажка конкуренции – это люди, розничная торговля. Она показывает реальную конкурентоспособность любого предприятия. Госзаказы и спецзаказы – это ресурсы и способы… А вот розничный магазин – это самый высокий показатель. Сетевые магазины все конкурируют, и все находят своего клиента, пытаются под него подстроиться, думают, что сделать, чтобы человек пришел к ним и купил. Мозгов туда вкладывается очень много. Я вот тоже сижу и думаю: как мне сделать, чтобы мебель купили… Мы бесконечно об этом думаем. Ездим по западным рынкам, смотрим, что они сделали, с чем они выходят на рынок… Вот это нормальная конкуренция.

1mebfab-072.jpg

А есть какие-то рычаги, при помощи которых можно бороться с недобросовестной конкуренцией?

Какое-то время назад я возглавил Ассоциацию мебельной промышленности. Будем бороться, чтобы Ассоциация набирала вес, становилась влиятельней. И у нас вопрос конкурентной борьбы постоянно обсуждается. Один пример. Сегодня выпущен «Технический регламент на безопасность российской мебельной продукции». Там есть сведения про формальдегид, весьма вредное вещество. Европейский и американский норматив его содержания – 0,124. Наш – 0,01. В двенадцать с лишним раз жестче. Но это же невыполнимо! Нет сегодня другого материала, из которого можно делать мебель! И при этом мы получаем из Китая мебель, где содержание формальдегида вообще зашкаливает, а ведь такие материалы дешевле в разы.

И что Ассоциация делает?

Борется. В Ассоциации сейчас более ста компаний, это более 50% выпускаемой мебели на территории России. Мы инициировали создание «Химического регламента». Надо, чтобы норматив был реалистичный, но выполнялся жестко, чтобы в Россию не пускали мебель низкого качества, чтобы усилен был контроль и над отечественными предприятиями. 

1mebfab-100.jpg

И что нужно делать, чтобы люди переходили на честную конкуренцию?

Создавать государственные законы, которые однозначно читаются и выполняются. При социализме были правильные вещи, которые на Западе есть – жесткий контроль, сертификация, стандарты. Сейчас ГОСТы есть, но их никто не контролирует.

Без закона невозможно?

Невозможно. По крайней мере, в нашей ситуации. Но сейчас человек, создающий законы, чиновник, думает у нас о том, чтобы создать себе значимость, комфортные условия на своем месте. И чтобы эту ситуацию перестроить, нужна добрая воля руководителей сверху.

Интервью Ксения Букша
Материал опубликован в журнале Chief Time#28, август 2013 год


Livejournal
(Нет голосов)


Комментарии:


Ваше имя: 

Введите Ваше сообщение

:








Журнал Chief Time для iOS Журнал Chief Time для Android

 

ht
отзывы о журнале
x
отзывы о журнале
Сотрудничество с редакцией Chief Time — одно удовольствие. Это всегда интересное человеческое общение с восхитительным результатом.

Олег Никифоров,  генеральный директор и совладелец Richness Realty