бизнес журнал

Михаил Казиник

Михаил Казиник

Искусствовед, музыкант, писатель, поэт, философ, режиссер и страстный просветитель рассказал ЧД о великой трагедии цивилизации, об эстетических свойствах бизнеса и музыке, «снимающей комки»

 

Скажите, был ли момент в вашей истории, когда вы вдруг отчетливо почувствовали и увидели свое будущее?

Да. Он был, когда мама и папа поняли, что я могу стать музыкантом. Они сделали умную вещь. Приглашали гостей, друзей в квартиру. Была занавесочка малиновая, папа выходил и говорил: «Выступает Михаил Казиник!»

Но там не было никаких «народный артист»?...

Нет, там не было ничего. Просто «Михаил Казиник. Моцарт, «Алигретто». Выходил Михаил, кланялся, публика аплодировала, он играл. И вот однажды я понял, что мне аплодируют только потому, что я сын папы Семена Михайловича и мамы Беллы Григорьевны. Они хорошие, они добрые, но не думаю, что им было интересно. И я захотел кое-что узнать о том, что играю. Например, «Тоска по весне» Моцарта, песня в переложении для скрипки. Оказалось, что эта веселая детская песенка, в которой есть слова «лошадку ставлю в угол», «приди весна, и скоро вдруг рощи зацветут», вот эта вот простая «Та-там та-там та-там-там»... Вдруг я начинаю читать и понимаю, что это не детская песенка Моцарта, как многие думают. Он умер, как известно, в начале года, не дождавшись весны. И он это понимал, как и всякий гений, чувствовал свою смерть. Он написал ее во время «Реквиема», а «Реквием» ему писать было нельзя, потому что всю свою жизнь он сражался со смертью. Он чувствовал, что ему мало жить, и в каждом произведении у него на мгновение проявляется образ смерти, и он прикладывает все свои силы, чтобы его победить. То, что Пушкин понял, и назвал «виденье гробовое, внезапный мрак иль что-нибудь такое...» То есть, никто так не понял Моцарта, как Пушкин.

И как вы?

Во всяком случае, я понял, что Моцарт своей детской песенкой заклинал приход весны. Чтобы не смерть до весны. И я рассказал это папиным гостям. Вместо того чтобы играть, рассказал эту тяжелую уникальную историю. После этого гости слушали чрезвычайно внимательно, некоторые даже пустили слезу. Тогда я понял, что обладаю некой уникальной силой рассказа, который подготавливает людей и усиливает действие музыки. Это не то, что какой-то Миша Казиник играет на своей маленькой скрипочке какую-то песенку, а то, что эта песенка – целое понятие в человеческой жизни. Я тогда это не мог так сформулировать, но понимал, что если почувствую, поделюсь, смогу людям это рассказать, то музыка обретет невиданную силу.

IMG_0872.jpg

Став старше, я понял, что главные враги великой музыки – это радио и телевидение. Они могут даже давать классическую музыку, но миллионы нормальных людей эту музыку выключают, «потому что не люблю». А на самом деле они выключают не потому, что не любят. Просто их приемник не настроен на эту передачу. Их приемники настроены на бытовую передачу. Человек моет посуду, и тут включается Бетховен. Человек не может перестать мыть посуду – и он выключает Бетховена. Подсознательно делая правильно, не позволяя Бетховену прийти в кухню и аккомпанировать мытью посуды. Понимаете? Правильно! То есть миллионы людей создают себе в жизни условный рефлекс: звучит классическая музыка – выключаю, потому что не люблю. И тем более за деньги не пойду в филармонию, где она же звучит, если я ее дома бесплатно выключаю.

Правильный неправильный рефлекс?

Музыка, которая нужна каждому рожденному матерью и вскормленному материнским молоком человеку, она, к сожалению, попадает в одно из самых страшных человеческих заблуждений! Тем более что глупые музыковеды назвали ее серьезной, отделив от всей другой музыки. Раз серьезной, то зачем же я буду напрягаться? Я и так напрягаюсь на работе, устаю... И тут появляется второй парадокс: музыка, которая есть игра с небом, которая построена по законам игры в бисер, радости, света и счастья – она называется серьезной, она приходит в каждую кухню, она выключается и создается условный рефлекс. Это одна из великих трагедий цивилизации. Если вы вспомните всю историю человечества, то музыка была одним из семи свободных искусств. Почему, кстати, свободных? Я у многих спрашиваю, и никто не знает. Все знают семь свободных искусств: риторика, музыка, математика, астрономия, геометрия, логика, грамматика. А почему свободных? Очень интересно! Если раб, убежав от хозяина, успевал получить диплом семи свободных искусств, то его уже нельзя было сделать рабом, он становился свободным человеком. Раб убежал, год скрывался и учился в Академии Платона – все! Он не просто свободен, он может быть избран в Сенат. Потому что он владеет риторикой, а владение риторикой – это вообще главное, это не только фигуры речи, это акценты, интонации, паузы, выделение ключевых слов, затушевывание ненужных связочных слов. И тогда появляется колоссальное внимание!

Итак, впервые идея пришла вам в голову в 8 лет…

Второй раз я ее уже реализовал в 14 лет на первом курсе музыкального училища в Витебске. Тогда мне показалось, что те, кто сидят в детских колониях, ни в чем не виноваты. А виноваты судьба, обстановка, родители и школа. И я отправился в детскую колонию. Пришел к начальнику: «Можно мне встретиться с вашими ребятами?» – «А что ты делать будешь?» – «Я на скрипке вот...» – «Какая им скрипка, им топор нужен».

Тогда я спросил: «Можно, я вам поиграю?» Он разрешил, я сыграл. «Скрипка на самом деле так звучит?! По радио совсем не так!» – воскликнул он. А я ему: «Скрипка звучит через воздух. Радио не может передать эти колебания. Колебания скрипки живые, там же система резонаторов, поэтому вы слышите». И он сказал: «Играй, мне даже интересно, что эти оболтусы, эти преступники будут чувствовать».

КАК ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ ОТ ИСКУССТВА Я ЗАДАЮ ВОПРОС – КУДА ЕДЕМ? НУЖНА ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЦЕЛЬ!

Я стал говорить с ребятами, играть, рассказывать самые потрясающие свои истории. После этого они стали просить о чем-то начальника. Он сначала говорил «нет», а потом сказал: «Ну ладно, в виде исключения». Снимает перегородку и разрешает им окружить меня. Говорит: «Обычно мы не разрешаем окружать посетителя, ну, кто знает, что им придет в голову... Вдруг – заложника взять, чтобы выйти отсюда».

Короче, они меня окружили, мы общались больше часа. И они мне тогда сказали, убедили меня, что если мне удастся соединиться с системой, то я смогу перевернуть мир. Потом они начали такое вдруг говорить, что начальник колонии и все сотрудники их не узнавали. Один паренек: «А мне мамка баян купила, говорила «Играй!» А я, дурак, не стал играть, а может, если бы играл, то не оказался бы здесь сейчас...» Он на своем языке сформулировал то, о чем мы, ученые, академики давно говорили. О том, что музыка снимает комки... Великая классическая музыка расползается по всему телу. Что музыку слушают не ушами. Уши – это только условный аппарат, потому что когда Бетховен оглох, он написал свою самую великую музыку. В полной глухоте! Потому что музыка – это вибрации космоса, переданные гениями. Это объективная информация человеческого происхождения и об этом происхождении. И вот тогда я начал...

Наш журнал считает всех активных людей, которые что-либо инициируют, создают, делают, предпринимателями. Вас мы считаем предпринимателем, безусловно. Как вы думаете, чего сейчас не хватает нашему деловому сообществу?

Когда мы строим мост – это хорошо или плохо? Все, конечно, отвечают, хорошо, и чем больше мостов, тем лучше. А я сразу как человек искусства, предприниматель от искусства, задаю вопрос – куда едем? Понимаете? Вот мы строим мост на остров, чтобы облегчить туда людям путь. Но там живет группа разбойников, которые субсидировали строительство этого моста, чтобы люди ни о чем не думая, шли по этому мосту, а разбойники их убивали, снимали с них одежду, забирали кошельки. Тогда строительство моста, условно говоря, приближает всех людей к смерти. Поэтому я и спрашиваю, куда едем. Мне отвечают «нет, мы построим там концертный зал и картинную галерею». Там будет зал для симфонического оркестра, рояль и картины голландских или русских художников. Вот для этого мы строим мост. Чтобы люди не сползали с обрыва, не падали в воду, а могли спокойно попасть и увидеть картины. Мы строим мост для того, чтобы человек ускорил путь к самому главному – к великому искусству.

И я понимаю, что сейчас это прозвучит наивно, утопично, но я точно знаю, что когда вы планируете бизнес-проект с самого начала, в конце обязательно должна быть эстетическая цель. То есть творческая, художественная цель!

И все-таки, чего не хватает предпринимателям?

Вот этого! Эстетической цели. Понимаете, я иногда шучу, что есть три варианта бизнес-деятельности. Первое, это обычный, когда вы получите 3% прибыли на вложенный капитал, а за это время инфляция съест 30%. Это хороший бизнес, но в стране, где экономика стабильна. Есть бизнес бандитский, когда на вложенный рубль вы получаете сто миллиардов, но вы плохо спите и развивается импотенция, потому что вы все время ждете ареста. И есть третий бизнес – это творческий бизнес, который предполагает в самом себе эстетику, то есть любовь. Нет ни одного явления, будь то бизнес или искусство, чтение или замужество, женитьба,  которое может существовать без любви.

Благодарим компанию Richness Realty за помощь в организации интервью.


Интервью: Тимофей Кареба
Фото: Юрий Цой
Материал опубликован в журнале «Человек Дела» #5 (10), август 2016


Livejournal
(Голосов: 3, Рейтинг: 3.4)


Комментарии:


Ваше имя: 

Введите Ваше сообщение

:








Журнал Chief Time для iOS Журнал Chief Time для Android

 

ht
отзывы о журнале
x
отзывы о журнале
Спасибо команде Chief Time за полезную  деловую информацию, за возможность иметь представление о том, что происходит в деловой среде нашего города, о людях, которые  создают эту среду. 

Эльчин Алескеров, генеральный директор стоматологической клиники Dental House